...Она ждала его, как было условлено, в середине дня. Но ни в три, ни в четыре, ни в пять часов вечера жених так и не появился. Когда за окном засерели осенние сумерки, невеста, поняв, что свадьба отменяется, вернулась домой, сняла фату и платье.
Гости разошлись, осталась только свидетельница, с которой невеста обсуждала случившееся, пытаясь понять, что же произошло?
Почему милый, что называется, сбежал из-под венца? Не найдя никакого объяснения его странному поведению, девушка позвонила маме и сообщила, что она остается свободной девицей. От мамы Информация полетела за границу, в Киев, и к другим родственникам. Семья пребывала в полном недоумении, девочку старались успокоить и поддержать, но ситуация была странной и необъяснимой. Наряд невесты сиротливо валялся в кресле, она время от времени повторяла фразу: «Этого не может быть!», а подружка, сидя на диване, не знала, что говорить, что делать, даже приблизительно не представляя себе, что может произойти дальше.
Но в семь часов вечера в дверь позвонили, и жених, взволнованный, растерянный, виноватый и готовый на что угодно, лишь бы заслужить прощение и назвать любимую женой, пал перед суженой на колени. Хотя никакой вины за ним не было. В это трудно поверить, но факт остается фактом: отцы-командиры одной из воинских частей, в которой служил молодой человек, наотрез отказали ему в увольнительной. Видимо, с их точки зрения, женитьба — не самое главное событие в жизни мужчины. Бедолага даже позвонить не имел возможности и вырвался из части уже затемно.
Предположить, что в такое время — через два часа после окончания рабочего дня — в ЗАГСе есть кто-то кроме сторожа, было верхом оптимизма. Но они поехали. Правда, надеть фату невеста категорически отказалась, но платье было подвенечное. И вот жених и невеста в сопровождении нескольких самых стойких друзей, мало на что надеясь, подошли к нашей центральной двери. К их радости, окна здания светились: что-то задержало меня в тот вечер дольше обычного. Сторож была крайне удивлена столь странным явлением и наотрез отказалась открыть дверь. Выйдя на шум и увидев за стеклом невесту рядом с молодым человеком и в окружении гостей, я поняла, что обстоятельства у ребят действительно форс-мажорные, и открыла дверь. А услышав их сбивчивые объяснения, пошла искать нужные бумаги.
Словом, через несколько минут «небо» холла засияло всей сотней своих хрустальных звезд, зазвучала лирическая музыка, и я начала обряд. Когда акт о вступлении в брак был подписан, мы открыли шампанское. Конечно, это противоречило всем правилам, но разве можно было отпустить переволновавшихся, столько переживших за этот день молодых без тоста за их веру друг в друга! На последних словах тоста зазвонил мобильник: мама невесты хотела хоть как-то успокоить и поддержать дочь. И вдруг услышала:
— Мама! Мы в ЗАГСе! Представляешь, его не отпустили из части и не разрешали звонить! Но мы уже расписались! Сейчас позво...
Не знаю, что еще собиралась сказать маме усталая и счастливая девочка, только она внезапно побледнела и потеряла сознание. Муж, словно предчувствуя такой финал, во все время переговоров обнимал ее за талию и, конечно, не дал упасть. Но испугался порядком. Хотя понимал, что ничего страшного не произошло, просто напряжение этого сумасшедшего дня спало, и, как обычно в таких ситуациях бывает, сознание на несколько минут отключилось.
Пока мы «вызволяли» бывшую невесту из объятий обморока, вновь переживая перипетии столь неординарного начала семейной жизни, мобильники работали без устали — в холле стоял легкий мелодичный перезвон. И, уже садясь в машину, жених сказал, что гости собрались, к пиршеству все готово: сработал старый, но проверенный поколениями метод связи по цепочке.
Не знаю, как складываются дела у этой семьи: первый год всегда самый трудный, но думаю, что праздник, начавшийся с испытания на доверие и стойкость, поможет им находить разумный и мирный выход из любой ситуации.
